Представьте себе человека, который 25 лет проводит в лесу один. Не в выходные, не в отпуске – а по работе. Патрули, учёты, солонцы, галечники. Километры лыжни, километры пеших переходов. И главное – тишина. Та, которая для кого-то стала бы наказанием, а для Павла Яковлева – образ жизни.
«Одному в лесу очень хорошо», – говорит он. И в этой фразе он весь.
Как становятся хранителями
В профессию Павел попал случайно. Но это была та случайность, которая поджидала его всю жизнь. Детство – книги о приключениях в глухих дебрях. Дядя, который брал на охоту. Товарищи, с которыми ездил на рыбалку. Потом работа в лесничестве до армии и после. Всё это складывалось в одну картину, просто окончательное решение пришло не сразу.
В 2001 году охотовед предложил Павлу перейти в охотнадзор. И он стал егерем Шултусского заказника. С тех пор прошло 25 лет.
Что он делает
Каждый год – 120 контрольных мероприятий. Более 40 объектов биотехнии: солонцы, порхалища, галечники, дуплянки, подкормочные площадки. 15 учётов животных и птиц. Аншлаги, которые нужно обновлять, чтобы люди знали – они на заповедной земле.
Три территории в его ведении: Шултусский заказник, Коношский заказник, памятник природы «Туровский лес». Тысячи гектаров, где он, по сути, один за главного.
Раньше иногда в рейды выезжали вместе с охотоведом. Но тот ушёл на пенсию. Теперь Павел работает совсем один. «В своём здоровом коллективе», – добавляет он с лёгкой улыбкой.
Своя методика
Нарушения в заказнике случаются. Чаще всего – проезд на транспорте. И здесь Павел Владимирович использует собственный метод: принимает решения в соответствии со здравым смыслом и общечеловеческими понятиями о справедливости. Например, уверен – не всегда нужен протокол. Иногда достаточно поговорить. Особенно если перед тобой пожилой человек, который нарушил не со зла, а по незнанию.
Павел умеет различать. Он не автомат по выписыванию штрафов. Он живой лесной судья, который помнит, что справедливость – понятие не бюрократическое.
Лес и люди
Про страхи его спрашивают редко. Но на эти редкие вопросы он отвечает твёрдо: «В лесу намного безопаснее, чем в городах». Просто нужно помнить простое правило: не зная броду, не суйся в воду. Лес не прощает дураков, но принимает тех, кто его уважает.
А вот что он действительно считает важным – так это понимание того, зачем он здесь.
«Животные государством и многими людьми рассматриваются не как субъекты права, а как объекты. Имущество государства или чьё-то имущество. В законе об охоте, например, «охотничьи ресурсы». А в заказниках и тем более в заповедниках у них есть право на жизнь».
Для Павла Яковлева это не просто работа. Это принцип. У зверя есть право жить там, где он живёт. И никто не может этого права у него отнять.
Времена года
Павел говорит, что в лесу все времена года хороши. Но зима долгая – иногда надоедает. «Скорее бы весна», – признаётся он.
Весной лес оживает. Птицы возвращаются. Выходит зверь после зимних голодовок. Начинаются учёты, появляется смысл двигаться быстрее. Зимой тоже дело есть – зимние маршрутные учёты, счёт по следам. Но весна – это надежда. На тепло, обновление, на то, что ещё один год пройдёт и всё будет хорошо.
Одиночество по выбору
25 лет. Три ООПТ. Тысячи километров. Сотни обновлённых аншлагов и солонцов. И ни одного дня, чтобы Павел Яковлев пожалел о своём выборе.
Он не героизирует свою работу, не жалуется на сложности, не просит наград (хотя они есть). Он просто делает то, что должен. Потому что когда-то случайно (а случайности – не случайны) попал в это дело и остался в нём.
«Для романтика везде романтика», – говорит он.
И, наверное, в этом всё дело. Он – романтик. Тот самый, который знает, что у зверя есть право на жизнь, решает по справедливости, а не по инструкции. Который не ушёл, когда ушли другие.
Потому что одному в лесу очень хорошо. Особенно если ты там – не гость, а хозяин, хранитель и друг.
Материал подготовлен в рамках обучающего проекта «ЭкоМедиашкола: о природе говорим громко». Проект реализуется при поддержке Президентского фонда природы.
