Есть на карте России точка, где история заповедного дела – не архивные фото, а воздух, которым дышишь. Это Давша. Не поселок уже, а состояние. Состояние вечной осени и тишины. Сюда можно добраться только по воде. А можно просто остаться почти на 40 лет. Как Юрий Гороховский.
Когда-то в Давше звенели детские голоса, садились самолеты, кипела обычная жизнь поселка на берегу Байкала. Теперь здесь не больше 15 человек, и те сменяются постоянно. А Юрий Владимирович остался. Не на вахту – навсегда. Вначале всей семьей, с детьми. А теперь – с супругой да тишиной, что густеет к зиме.
«Практически все мои родственники, начиная с деда, работали в заповеднике. И все их рассказы, конечно, заложили такой интерес к этой работе. Ну и так же пришел работать в этот заповедник», – делится Гороховский.
Баргузинский заповедник – первый в России, основан в 1917 году. В 2012 он вошел в состав «Заповедного Подлеморья», а Юрий Владимирович стал государственным инспектором. Но все на той же территории Баргузинского заповедника. Его рабочий день – не прогулка по живописным тропам. Это ответственность за 110 километров заповедной береговой линии. Выезды на катере – не экскурсии. Это экспедиции на несколько дней в режиме полной автономии.
«Все с собой – еда, инструменты, все, что нужно, чтобы прожить несколько дней. Ведь бывает, отправляешься на выезд, а граница в 80 километрах. И вдруг шторм начинается. Он может и несколько дней продлиться осенью», – поясняет инспектор.
Но главная опасность здесь – даже не погода или дикие звери. Главная опасность – люди. Браконьеры на Байкале – не миф, а суровая реальность. Приходится плотно присматривать и за акваторией, и за впадающими реками.
«Никогда не предскажешь, как они поведут себя. Бывало и агрессивно, пешней тыкали. На эти случаи есть и служебное оружие. Слава Богу, мне ни разу не довелось его применять», – делится Юрий.
Есть у этой работы и другая сторона – не конфликтная, а созерцательная. Много лет Юрий ведет учет медведей. И для него это не скучная статистика, а встреча с удивительным разнообразием.
«Они настолько разные, настолько разных раскрасов. Есть даже блондины, какие-то рыжие, а то и черные с пятнами», – рассказывает наш герой.
И этот сосед порой бывает слишком близок. На окнах дома Юрия Владимировича – не только занавески, а еще и металлическая сетка. Не от гигантских комаров, а для защиты от косолапых визитеров.
Самая же любимая часть работы проста и говорит об истинном призвании хранителя:
«Это когда прошел заданный маршрут и не встретил нарушений. Вернулся, протоколов нет, я вижу, что люди уважительно относятся к заповеднику, и это радует всегда».
А еще Юрий Гороховский тут хозяин, который, когда ученые и туристы разъезжаются, остается один на один с Баргузинской тайгой, и кормилец: развесить кормушки для белок, насыпать зерна птицам, устроить солонец для изюбря – настоящий ритуал, диалог на языке заботы.
Его стаж – почти 40 лет. За это время сменились поколения сотрудников, научные парадигмы, подходы к охране. А он оставался. Не потому, что не мог уехать. А потому, что его служение стало внутренней географией. Он не привязан к месту. Он и есть это место в его человеческом измерении.
Материал подготовлен в рамках обучающего проекта «ЭкоМедиашкола: о природе говорим громко». Проект реализуется при поддержке Президентского фонда природы.
